ГОРЫ

Тункинские гольцы

Тункинские гольцы - часть Восточного Саяна, самая интересная в альпинистском отношении. Здесь скальные формы представлены в виде отдельных массивов, блоков, колонн, столбов, контрфорсов, а слагающие их светлые породы преимущественно гранитоидного состава; встречаются и змеевики, кварциты, серпентениты. Множество трещин позволяет широко использовать крючьевую страховку, применимы и всевозможные закладные элементы.

Ограниченные с юга широкой системой впадин (Торская, Тункинская, Мондинская) Тункинские гольцы от хребта Мун-ку-Сардык (высшая точка в ущелье Ганга-Хайрым, 3284 м) идут иззубренной скалистой стеной вдоль Тункинской котловины. Тункинская котловина (осью которой является река Иркут) давно заселена человеком, имеет ширину в несколько десятков километров, во многих местах заболочена, занята зарастающими озерами и старицами, лугами, полями, пашнями, сенокосами и порой трудно проходимыми лесами, хвойными и смешанными, которые покрывают подножие гольцов. Котловина, резко контрастируя с почти всегда заснеженной стеной гольцов, изобилует лечебными минеральными источниками, природными достопримечательностями. На ее территории организован Тункинский природный национальный парк.

Климат суровый и резко континентальный: в предгорьях и горных долинах лето продолжается три месяца, в горах только один месяц. Наименьшее количество осадков выпадает зимой, наибольшее -летом, в июле. В высокогорье летом нередки грозы, сопровождаемые ливнями и шквальным ветром, бывают и снежные бури. При ливнях резко поднимается уровень горных рек, они становятся труднопроходимыми. Устойчивый снеговой покров в предгорьях устанавливается во второй половине октября, в горных долинах - в первой его декаде, а на склонах гор в третьей декаде сентября сответственно в первой, второй и третьей декаде апреля, первой декаде мая. Сроки эти могут смещаться на одну-две недели. Высота снегового покрова колеблется в разные годы, оставаясь небольшой в начале зимы (октябрь - декабрь). Наиболее благоприятны для образования лавин март - апрель. На начало мая, когда максимальная масса снега совпадает по времени с наибольшей инсоляцией солнца и весенними снегопадами, приходится и пик восхождений и, соответственно, аварий, связанных с попаданием спортсменов в лавины. Преобладают лавины из сухого свежевыпавшего снега, сходящие по кулуарам и из старого снега при сильном солнечном нагреве склонов южной экспозиции - "доски" и комковые лавины, ширина фронта которых может достигать нескольких сотен метров.

Не останавливаясь на особенностях растительности и животного мира стоит подчеркнуть, что вышеприведенные климатические характеристики можно отнести ко всем хребтам байкальского окружения - от Хамар-Дабана до северобайкальских.

Спортивное освоение Тункинских гольцов началось в начале 60-х годов, чему в большой степени способствовали осложнения с пограничными властями при организации восхождений на Мунку-Сардык и туристский бум в промышленных городах Приангарья. Именно туристы - студенческая молодежь, молодые инженеры, сотрудники научных и проектных институтов - люди, не имевшие знаний в технике и тактике альпинизма, но влекомые романтикой открытий, и начали спортивное освоение Тунков.

По наиболее простым маршрутам совершаются восхождения на Мойгото (2893 м, 1962), Алтан-Мундаргу (3156 м, 1963), СОАН (2952 м, 1963), Флибустьер (2832 м, 1964), пик Первомайский (3160 м, 1964), история покорения которых никем не зарегистрирована и канула в лету. В 1964 году в Иркутске, а через два года в Ангарске создаются секции альпинизма, альпиниады регулярно начинают проводится два раза в год (в майские и ноябрьские праздники), закупается альпинистская обувь, одежда и снаряжение. 1969 год стал поворотным в истории спортивного становления Тунков: в начале года создается федерация альпинизма Иркутской области, которая обращается в федерацию альпинизма СССР с просьбой о присвоении Тункинским гольцам статуса горного района Союза. Летом этого года четверка иркутских спартаковцев под руководством В. Белоусова проходит южную стену СОАН (это первое технически сложное восхождение в Тунках).

Но главным событием, ставшим решающим в спортивной судьбе гольцов, стала работа рекогносцировочной экспедиции Всесоюзной федерации альпинизма под руководством заслуженных мастеров альпинизма А. Боровикова, В. Абалакова и Я. Аркина. Тункинские гольцы покорили альпинистов красотой и трудностью маршрутов, было принято решение считать их горным районом (в разряде малых гор) с правом подготовки значкистов и разрядников, а также проведения классификации вершин.

В ноябре всех любителей альпинизма собрал цирк речушки Кынгарга, на которой стоит курорт Аршан; были пройдены и классифицированы маршруты на пик Аршан по северному гребню (2А к.т., руководитель В. Никонов из Ангарска), на Братчанку (1Б к.т., руководитель В. Трубников из Братска), траверс вершин Трехглавой (2Б к.т., руководитель А. Михайлов из Иркутска), траверс вершин Брига, 9 мая и Трехглавой (4А к.т., руководитель В. Никонов), Пирамиду (2А к.т., руководитель Н. Леонов из Иркутска). Уже весной следующего, 1970 года, на базе классифицированных вершин ущелья Кынгарги была проведена первая учебно-спортивная альпиниада Иркутской области с частичным привлечением инструкторов альпинизма из других областей, в результате которой была подготовлена большая группа первых саянских разрядников и обладателей значка "Альпинист СССР". С этого времени для ускорения подготовки собственных квалифицированных кадров спортсменов и инструкторов классификационные восхождения сочетаются с учебно-спортивными мероприятиями, растет количество классификационных маршрутов (на 1996 год их насчитывается более ста), от цирка Кынгарги освоение ущелий перемещается на запад, в сторону ущелья Ганга-Хайрым, в котором расположена высшая точка Тунков - 3284 м. В начале 70-х популярность этого горного района росла так стремительно, что некоторые альпиниады собирали по 300 участников, а география охватывала всю страну, от Хибин на западе до Владивостока на востоке, от Ленинграда на севере до Фрунзе на юге. А после первой "пятерки А", пройденной под руководством В. Никонова по контрфорсу пика Нефтехимик в 1972 году, добавились и "пятерки Б" (ущелье Барун-Хандагай). А каких только городов ни встретишь в названиях вершин! В Барун-Хандагае построен первый горный приют, на отвесах купола шлямбурными крючьями проложены сложнейшие стеновые маршруты, и именно в этом ущелье находится центр альпинизма в Тунках.

В верховьях ущелий Хахюр, Хурэ, Ганга-Хайрым, в обширном бассейне реки Билюты, в которых сосредоточено большинство трехтысячников Тункинских гольцов, еще столько непройденных маршрутов и непокоренных вершин, в том числе и наивысшей трудности.

Ниже приводится описание первопрохождения маршрута на восточную стену Центральной башни горы Трехглавой в ущелье Кынгарга.

Группа в составе четырех человек подошла под восточную стену Центральной башни вершины Трехглавой, перед этим тщательно обследованную как снизу, так и с соседних маршрутов (4А и 2А). Поскольку предположительная трудность была 4Б, в арсенале снаряжения альпинистов находились лепестковые и шлямбурные крючья, лесенки. Наверх вышла связка из двух человек. Здесь уже первые 50 м выводят на стены большой крутизны, поэтому руководителю, который более всех был осведомлен о маршруте, приходилось выходить вперед.

Путь шел по очень крутому наружному ребру, а затем по наклонной расщелине. Далее пришлось снимать рюкзаки и вытягивать их с применением оттяжек. Так был достигнут небольшой балкон, где могли находиться лишь два альпиниста. Слева и справа от балкона были крутые стены с нависающими участками, поэтому здесь после 120 м подъема было решено поставить первый контрольный тур в расщелине. С этого места началась настоящая работа. Зацепы здесь очень малые, и на трех веревках четыре раза приходилось устраивать подсадку с помощью живой стенки. Первый шел вначале в вибрамах, так как в отриконенной обуви движение было возможно только с помощью веревки, и то с применением зажимов. Когда же мимолетная туча осыпала скалы снегом, ведущему пришлось переобуваться в трикони, в то время как остальные шли в вибрамах.

На одной из полок было решено устроить обед и подождать, пока растает снег: вверху был ключевой участок, его ждали и опасались. Показавшееся через два часа солнце действительно обсушило скалы. Ключом оказалась вертикальная лента монолитных скал. Несколько раз на нее пытался выйти руководитель группы, но он был вынужден спускаться и отдыхать, откинувшись на страховке: для рук не было захватов. С третьей попытки он вышел вверх на два метра, встал ногами на два наклонных уступа и смог забить два шлямбурных крюка. Трещины тут были так тонки, что даже лепестковые крючья сгибались, не входя в них. Через полтора часа подъема, после ключа группа наконец смогла собраться на широкой сухой полке и устроить ночлег.

Утром альпинисты продвигались по острому гребню, технически несложному, если бы не крутые отвесы по обе стороны и острый жандарм в конце (здесь был поставлен второй тур). Спуск сидя на веревке вывел далее в провал, на перемычку шириной около 0,5 м, после которой следовало преодолеть 60 м крутой обледенелой стены. На стене буквально приходилось расчищать зацепы и щели для крючьев, на что ушло целых три часа. После прохождения длинного крутого скального узкого гребня, где нужна была попеременная страховка, пришлось встать на второю ночевку.

Следующее утро принесло с собой туман, снег и ветер. Путь восходителей продолжался вверх, по узкому снежно-ледовому шарфу, опоясывающему верхнюю часть стены Центральной башни. Чтобы забить страховочный крюк, приходилось в поисках трещин снимать слой рыхлого льда. В 17 часов группа наконец вышла на основной гребень, соединяющий Северную башню с Центральной. Дальше шел уже знакомый нетрудный путь траверса и спуск к подножию стены, которые пришлось проделать при штормовом ветре.